Лихорадки (лихоманки)

Лихоманки

С земли в ад и обратно

  Когда боги сотворили землю и первых людей, Белбог наделил их множеством добродетелей, чтобы род человеческий плодился, размножался и славословил своих создателей. В ответ злокозненный Чернобог создал из грязи, болотной жижи и колючек репейника целую дюжину лихорадок. Кинулись они на людей, начали мучить, нести, знобить, с белого света сживать. И взмолились несчастные мученики богам:

  — За что, отцы небесные, так жестоко наказуете, за какие немыслимые грехи?

  Дошли эти мольбы до самого Сварога, рассердился он не на шутку — да и повелел Перуну запереть лихорадок в ад и испепелять их молниями. Но жалко стало громовнику тратить стрелы на худосочных лихорадок и потому водворил он злодеек в Пекло, а жизнь людей снова пошла в довольстве и веселии.

  Тем временем в Пекле лихорадки замучили всех грешников, а потом и на служителей Нияна-Пекленца перекинулись. Да и ему самому досталось. И так всех допекли, что пришлось пекленцам (так звали этих адовых служак) жаловаться самому Чернобогу.

  Тот выждал, когда Перун в начале зимы уснет до весны — и открыл лихорадкам врата Пекла, чтоб на землю опять летели.

  С той поры и повелось: летом Перун загоняет лихорадок в глубины огненные, а с началом зимы Чернобог насылает их вновь на род людской.

А. Фет. Лихорадка

— Няня, что-то все не сладко!
Дай-ка сахар мне да ром!
Все как будто лихорадка,
Точно холоден наш дом.

— Ах, родимый, Бог с тобою:
Подойти нельзя к печам!
При себе всегда закрою,
Топим жарко — знаешь сам.

— Ты бы шторку опустила...
Дай-ка книгу... Не хочу...
Ты намедни говорила,
Лихорадка... я шучу...

— Что за шутки спозаранок!
Уж поверь моим словам:
Сестры, девять лихоманок,
Часто ходят по ночам.

Вишь, нелегкая их носит
Сонных в губы целовать!
Всякой болести напросит
И пойдет тебя трепать.

— Верю, няня!.. Нет ли шубы?
Хоть всего не помню сна,
Целовала крепко в губы —
Лихорадка ли она?

  Слово "лихорадки" происходит от слов "лихо радеть", то есть действовать в чей-нибудь вред, заботиться о ком-нибудь, со злобным намерением, с лихостью; другие общеупотребительные названия: лиходейка, лихоманка ("манья" — привидение, "манить" — лгать, обманывать). Согласно мифам уже христианских времен, лихорадок — девять или двенадцать крылатых сестер, дочерей царя Ирода и царицы Жупелы; они обитают в мрачных подземельях ада и представляются злыми и безобразными девами, чахлыми, заморенными, чувствующими всегдашний голод, иногда даже слепыми и безрукими. Одна из них — старшая — повелевает своими сестрами и посылает их на землю мучить людской род: "Тело жечь и знобить, белы кости крушить". 2/15 января Мороз или Зима выгоняет их, вместе с нечистою силою, из ада, и лихорадки ищут себе пристанища по теплым избам и нападают на "виноватых". На заре этого дня предусмотрительные старушки омывают наговоренною водою притолоку у дверей, дабы заградить вход в избу незваным гостьям, предотвратить простуды и ознобы, которые так обыкновенны в холодную пору зимы. Напротив, о весенних болезнях думают, что они запираются на зиму в снежные горы (ад) и сидят там до начала оттепелей; когда же солнце сгонит снег и отогреет землю, они, вслед за вешними испарениями, разбегаются по белому свету — тощие, заморенные — и с жадностью бросаются на неосторожных. Уже с конца февраля, по замечанию поселян, опасно предаваться сну с раннего вечера: можно наспать лихорадку. Подобно Смерти и владыке демонов (Сатане), лихорадки сидят в подземных вертепах, заключенные в цепи, и вылетают мучить народ только тогда, когда будут сняты с них эти железные оковы.

  Старшая и злейшая из сестер-лихорадок прикована к железному стулу двенадцатью цепями и в правой руке держит косу, как сама Смерть; если она сорвется с цепей и овладеет человеком, то он непременно умрет.

  Сбрасывая с себя оковы, лихорадки прилетают на землю, вселяются в людей, начинают их трясти, расслаблять их суставы и ломать кости.

  Измучив одного, лихорадка переходит в другого; при полете своем она целует избранные жертвы, и от прикосновения ее уст человек немедленно заболевает; кому обмечет болезнь губы, о том говорят: "Его поцеловала лихоманка"...

  Лихорадки в своих названиях описывают те муки, которыми каждая из них терзает больного. Вот эти названия:

  1) Трясея (Трясавица) — от глагола "трясти".

  2) Огнея, или Огненная: "Коего человека поймаю (говорит она о себе), тот разгорится, аки пламень в печи", — то есть она производит внутренний жар.

  3) Ледея, или Озноба (Знобея, Знобуха): словно лед, знобит род человеческий, и кого она мучит, тот не может и в печи согреться.

  4) Гнетея — она ложится у человека на ребра, гнетет его утробу, лишает аппетита и производит рвоту.

  5) Грудица — ложится на груди, у сердца, и причиняет хрипоту и харканье.

  6) Глухея — налегает на голову, ломит ее и закладывает уши, отчего больной глохнет.

  7) Ломея, или Костоломка: "Аки сильная буря древо ломит, такоже и она ломает кости и спину".

  8) Пухнея — пускает по всему телу отек (опухоль).

  9) Желтея — эта желтит человека, "аки цвет в поле".

  10) Коркуша, или Корчея — ручные и ножные жилы сводит, то есть корчит.

  11) Глядея — не дает спать больному (не позволяет ему сомкнуть очи, откуда объясняется и данное ей имя); вместе с нею приступают к человеку бесы и сводят его с ума.

  12) Невея (мертвящая) — всем лихорадкам сестра старейшая, она всех проклятее, и если вселится в человека — он уже не избегнет смерти.

  Чтобы избавиться от сестер-лихоманок, использовали самые разнообразные средства. Например, очень действенным считалось передать лихорадку кому-то другому с какой-нибудь вещью. Например, остатки пищи и питья больного отдавали собакам, чтобы болезнь ушла от него. Некоторые, придя от недужного, сами прикидывались больными лихорадкой, чтобы злобные сестры, увидев, что делать им тут нечего, пошли дальше.

  Больных накрывали медвежьей шкурой, потому что всякая нечисть боится медведя. Полезно было вообще провести медведя трижды над лежащим на земле больным, а тому следовало приговаривать: "Батюшка, брат мой старшой! Выгонь проклятую из головы, из ног, из рук, из могучей груди, из добра живота, из спины и ребер и из черной печени".

  Неожиданно стреляли над ухом у захворавшего человека, чтобы напугать болезнь; надевали на его шею хомут, который вообще часто употреблялся как в исцелении болезней, так и в наведении порчи и т.п.

  Полезно было сжечь лихорадку. Для этого надо было взять освященную вербу, сделать на ней столько зарубок, сколько было также приступов у человека, и спалить эту ветку, произнося положенный к случаю заговор. Потом пепел больному следовало съесть. Когда у больного начинался приступ, следовало выйти на крыльцо и крикнуть: "Приходи вчера!" Лихорадка запутается и отстанет от страдальца, а потом, глядишь, и вовсе не станет приходить.

(По А. Коринфскому)

Е.А. Грушко, Ю.М. Медведев
"Русские легенды и предания"